Развратная  - Маша Моран

– Советую говорить мне правду. Спрашиваю еще раз: вы состояли с Кирой Федотовой в… в отношениях?

Если бы в соседнем зале не лежало тело Киры, я бы рассмеялся. Такими темпами следствие долго будет топтаться на одном месте.

– Состояли.

Не знаю, как этот придурок удержался от хлопка в ладоши.

– И в каких?

– В деловых. Кира Николаевна работала на моего отца. А потом – на меня. Перешла по наследству. – Я улыбнулся, глядя на поникшего идиота.

– И вы точно не были… любовниками?

– Точно.

– Ладно… А где вы были ночью и утром?

– Ездил за город. По делам.

– И все это время пробыли там?

– Да.

– Мне нужен адрес и имена всех, кто это сможет подтвердить.

Совсем некстати вспомнил заброшенный Викин дом, ее комнатку и строчки на обоях.

– Подтвердить некому.

– А адрес? Где конкретно вы находились?

Назвать адрес – хоть и косвенно, но втянуть в это Вику. А я не мог этого сделать.

– Если подтвердить некому, то и адрес вам ничего не даст.

Кажется, я сумел вывести его из себя.

– Я сам буду решать, даст мне что-нибудь адрес или нет. Я правильно понимаю, что вы отказываетесь его назвать?

Я кивнул. Этот дурак едва ли не заулыбался от радости. Наверное уже представляет, как сажает меня.

– У вас нет алиби. Вы отказываетесь говорить, где были ночью. И у вас разбито лицо. И руки.

Черт, с Викой я забыл обо всем. Даже не чувствовал боли в расквашенном носе. Тот мудак умудрился меня достать. Но теперь он вряд ли скоро сможет вообще пошевелиться. Я знал, куда бить. Взглянул на татуировку над костяшками. Единственная, о которой я не рассказал Вике. И не расскажу. Она и так знает, как на меня действует. Потер ссадину возле зеленого листка.

– Ну и что?

– А то, что вы могли… вы могли… попытаться изнасиловать убитую… Она дала вам отпор. – Он указал концом карандаша на мое лицо. – А вы ее убили. По неосторожности… Потом решили все это выдать за ритуальное убийство… Замотали тело в ткань… И скрылись с места преступления…

Надеюсь, этот идиот сам понимал, насколько смешно и глупо звучит его версия.

– Я действительно кажусь таким слабаком?

Беликов взглянул на меня:

– В смысле?

– В прямом, Степан Борисович. Кем надо быть, чтобы женщина смогла так навалять?

Видимо, Беликов редко участвовал в драках.

– Вы облегчите себе жизнь и сэкономите нам время, сказав, где провели ночь и были с утра.

– Даже если я скажу, никто не сможет это подтвердить. Так что… Если у вас больше нет вопросов, то мне пора работать. Ваши… сотрудники… умудрились превратить офис в свалку.

По выражению его лица было ясно: он готов меня засадить, даже если убийца будет стоять рядом и давать чистосердечное.

– Не покидайте город.

– Ни в коем случае. У меня тут еще полно работы.

Беликов, злой как черт, наконец, свалил, а я остался с десятком мрачных мыслей. Убийство – само по себе проблема. Но убита Кира. Во-первых, она в курсе многих дел компании. Во-вторых, едва ли не моя нянька. Она была в достаточно близких отношениях с отцом, если он подпустил ее к нашей семье. И дело не в сексе. Кира докладывала отцу о моих делах, справляюсь ли с проблемами. Это была его версия родительского контроля. Чтобы успеть подстраховать и сгладить мои косяки, не ущемляя моей же гордости. В какой-то степени я понимал отца. В нашем бизнесе нужно постоянно следить за своей спиной и прикрывать задницу. Когда придет время передать управление в компании нашим с Викой детям, я точно так же постараюсь незаметно следить за их успехами и трудностями. Но меня бесило то, что отец доверил это именно Кире – своей бывшец любовнице.

По спине вдруг прошла волна жара. Я не сразу понял, не сразу осознал… Так легко было думать о «наших с Викой детях». Я кончил в нее. Намеренно не дал ей найти презервативы. Я хотел не только ощущать ее без каких-либо преград, но и оставить внутри нее свое семя. Вполне возможно, что уже сейчас Вика беременна моим ребенком. Надеюсь, это так. Хоть бы это было так. Как только вырвусь из этого бедлама, отправлюсь к Вике, и мы снова все повторим. До тех пор, пока она точно не забеременеет.

Тогда она будет вынуждена уйти от Ромы. А мне не придется рассказывать ей обо всем, что выяснил Федя. Почему-то я был уверен, что Вика не поверит, что десять лет прожила с куском говна. Не поверит мне. Так или иначе, у нее не будет выхода. Она должна быть моей. То, что случилось сегодня, лишь подтверждало мою уверенность в этом.

В дверь постучали. В кабинет заглянул наш юрист.

– Павел Андреевич? Я могу войти?

Кивнул. Он работал на отца. Но, как и Кира «по наследству» перешел ко мне. И наверняка, отец скоро узнает об убийстве. И лучше бы от меня, а не от Юрского.

– Я нашел человека, как вы и просили. Договорились о вполне приемлемой сумме. – Юрский сунул мне клочок бумажки. – Информация будет. С кабинетом Киры Николаевны тоже все улажено. Дело ведет Беликов Степан Борисович. Я уже начал наводить справки. К вечеру вы получите на него всю информацию.

– Вы уже сообщили Андрею Дмитриевичу?

– Нет, я еще не успел. Как только Иван позвонил, я сразу к вам.

Я кивнул:

– Хорошо. Скажете позже. Я сам поговорю с ним.

– Будут еще какие-то распоряжения?

Я задумался. У убийства Киры могла быть тысяча причин. Практически у всех, кто занимается строительством, руки замараны. Особенно у тех, кто имеет бизнес такого масштаба, как у нашей семьи. С нами уже никто не связывается, но это не значит, что жить стало спокойнее, а жертв – меньше. Убийство же Киры не вписывалось ни в какую схему. Показательная казнь? На нас мог наехать только кто-то равный нам по силе и влиянию. Если так, то у этого человека была возможность достать кого-то из нашей семьи. Кира – лишь сотрудник. К семье она никакого отношения не имеет, будь хоть трижды подстилкой отца.

Предупреждение? Нет, тоже не похоже. Мы бы собирали Киру по частям. Да и сначала бы были какие-то угрозы. Что тогда? Я посмотрел на ждущего указаний Юрского:

– Узнайте пытали ее или нет. И был ли секс. А еще лучше, если ей займется нормальный патологоанатом.

– Само собой, Павел Андреевич. Я подключу проверенных людей. Есть что-то, что я должен знать?

– Это не случайное убийство.

– Могу я поинтересоваться, почему?

– Можете. У нас везде камеры. Охрана. Простой гопник сюда бы не влез. Кстати, что там по камерам?

– Полиция изъяла записи. Но, само собой, у них копии. Все оригиналы у нас. Но… Увы. В помещении, где найдено тело, как я понял, камер нет?